Творчество

Жил-был в самом обычном муравейнике самый обычный муравей. И имя у него было самое обычное – Мурик.Муравейник стоял под высокой сосной, с которой регулярно падали хвоинки. Муравьи брали хвоинки и настраивали всё новые и новые этажи. Под муравейником его жители нарыли десятки ходов и помещений. Не страшен был муравейнику никакой дождь – так плотно друг к другу лежали хвоинки.Но для каждого муравья в отдельности дождь, даже небольшой, был страшен. Поэтому, почувствовав, что приближается дождь, муравьи спешат в муравейник и закрывают все ходы, чтобы не проникла даже капелька.Но не всегда муравьи успевают почувствовать будущий дождь, не всегда успевают закрыться. Иногда ветер наверху дует сильнее, чем внизу, и тучи такой ветер может нагнать неожиданно. Кажется, что дождь далеко где-то, а здес…

Жила-была кукушка, и был у неё сынок – кукушонок. Кормила его мама-кукушка тем же, чем питалась сама – толстыми жирными гусеницами, разных цветов и размеров, но всегда вкусными.Но вот однажды случился в той стране, где жили кукушки, неурожай. Нечего стало есть гусеницам, и бабочки стали откладывать меньше яиц. Кукушкам тоже стало нечего есть.Переселились кукушки в соседнюю страну, где было точно так же. Так же задумчиво махали упругими ветвями в ветреную погоду деревья. Так же пели птицы. И так же летали бабочки и жуки. Но были в том лесу бабочки непарного шелкопряда, гусеницы которого были мохнатыми. Попробовала его гусеницу мама-кукушка – и показалось ей, что никогда ничего вкуснее она не ела.Принесла кукушка мохнатую гусеницу и своему сыночку-кукушонку. Попытался было кукушонок её прог…

Наконец этот день настал! Содрогайтесь, граммар-нацики, и бейтесь в предсмертных конвульсиях, графоманофобы. Ибо да - наш сборник рассказов с @Nursa_Mad (иначе говоря, графоманская коллаборация) вышел в цифровой свет. Не буду расписывать, как долго мы шли к этому, как просиживали бессонные ночи за созданием материала, как рвали волосы на своих юных головах от познания бренной судьбинушки пейсателей. Так как... Так как в целом все прошло довольно прозаично и безболезненно. Нурса предложил объединить свои рассказы, заметки, сказки и прочую писанину, имеющую более-менее читабельный, рвоту не вызывающий вид, припудрить это все, укоротить там, подшить здесь, сбрызнуть это чудо духами с нотками ванили (конечно же моими), заправить отборными нурсамэдовскими фантазиями (местами моими, местами его…

Много лет назад мне пришлось поучастововать в собрании акционеров полиметаллического комбината на востоке страны. Я работал тогда на один брокерский дом, участвовавший в приватизации «голубых фишек» и приехал на собрание как представитель миноритария. Приключения начались еще в поезде. В Алматы была замечательная погода, около +10 и ясно. Пока мы ехали, по пути следования началась снежная буря и я проснулся в купе с сугробом на ногах (поезд Алматы-Защита состоял из раздолбанных древних вагонов, со щелями на верхней кромке окна). Выйдя на Жангизтобе я поймал такси и поехал в город. Приехав в гостиницу я бросил вещи, позавтракал и отправился на собрание. Первое впечатление – кислота в воздухе. Горло моментально пересохло, зарегистрировавшись в актовом зале я выскочил на улицу и помчался в к…

С 17 лет до 21 года я был одержим навязчивой идеей стать рок-музыкантом, автором текстов песен и музыки, лидером коллектива с каким-нибудь странным названием, кумиром своего поколения и прочее-прочее.К моменту, когда я всё же понял, что пары-другой вымученных аккордов, (при быстрой смене которых приходилось выворачивать кисть, зажимать порожок и фальшивить, заставляя гитару дребезжать, а слушателей забыть какая была мелодия до этого провала) умения рифмовать "день" с "тенью", а "любовь" с "морковью" (или с "кровью", если песня должна казаться мрачной) недостаточно, чтобы стать звездой, мною уже были исписаны десятки страниц и выдумана не одна дюжина складных, но пустых текстов. Выкинуть их к чертям оказалось сложнее, чем их сочинить, и потому еще пылится на полках моих книженция с песнями…

Стылым ноябрьским утром он уснул под тонким одеялом лишь за час до подъема, когда наконец-то подействовали снотворные таблетки, отложенные именно на такой черный день. Уже пятый день в лагере не было ни грамма героина и почти третьи сутки его корежило в тяжелой ломке, когда мышцы скручивает так, что они вот-вот лопнут, все тело будто исколото раскаленными иглами, а в голове одна лишь мысль - надо срочно уколоться. В шесть утра он встал и отправился на утреннюю проверку. Шагая в строю он вдруг почувствовал, что его больше не ломает. Мир заиграл красками, захотелось жить и наслаждаться жизнью. После завтрака он ушел в кустарку, выпил крепчайшего чаю с карамельками, выкурил сигарету и взялся за работу. Выклеивая очередной гигантский парусник он задумался о том, что сроку ему осталось всего в…

И снова тебе хочется надеяться, что все будет хорошо. Морозным зимним утром, разогревая кашу для сонных детей и собирая их в школу, несмотря на вялые протесты, ты мечтаешь, что наконец-то все наладится, дети перестанут ныть и возьмутся за ум, начальство оценит твою работу и повысит зарплату, мама перестанет приставать с нотациями и сентенциями.

В глубине души ты знаешь, что все останется по-прежнему, но в это солнечное зимнее утро так хочется поверить в чудо.

Если отнять у женщины любовь, у верующего веру, у ждущего надежду, то, что останется им?

Ничего!

Они вновь станут теми, кем были – животными, но уже без разноцветных, тяжёлых побрякушек.

За наше знакомство я уже успел посетить несколько мастер-классов и три фототура. Однозначно, последнее - это отличная возможность не только попрактиковаться в фотографии, но и отдохнуть. Мастер-классы же длятся, как правило, пару дней по 5 часов! Тема мастер-классов завязана на жанрах: Beauty-портрет, Fashion, Nudity. Последнее проходит на второй день МК. Ян больше предпочитает работать на практике, указывая на ошибки учащихся. Фотографируя, учитывая все замечания Яна, я стал ограничивать себя в композиции. Итогом моего участия стало умение видеть и добиваться лаконичности в кадре. Лакони́чность, лакони́зм — краткое и ясное выражение мыслей.Мне часто говорят мои коллеги: "Зачем мне идти фотографировать сиськи? Я же не ню фотограф."Забавно, я тоже не считаю себя ню-фотографом. Однако я с у…

Мы оба не знаем поражений, это сближает нас.      Мы знаем одно слово – победа.

         Твой выбор служить мне.

            А мне указать тебе цель.

                Кто из нас важнее?                 Никто.

                Мы оба рабы.                 Я – раб повелений, ты – исполнений.

                Мы нуждаемся друг в друге.

                И как всех рабов, нас намертво приковывает цепь.